О
зомби, бывших людях, лишенных души, известно не одно тысячелетие.
Упоминания о них можно встретить в средневековых европейских и арабских
сказках; и даже пять тысяч лет назад шумеры знали, что Иштар в
«Сказании о Гильгамеше» вполне определенно обещала:
Проложу я путь в глубину преисподней,
Подниму я мертвых, чтоб живых пожирали, —
Станет меньше тогда живых, чем мертвых!
А
вот слово «зомби» — не такое уж древнее. На языках банту (основное
коренное население примерно половины Африки) слово «нзамби» означает
«бог» или «великий, высший». Название страны Замбии происходит именно
от этого корня; от него же в течение последних трех столетий
образовался хорошо знакомый нам термин, попавший в заглавие статьи:
воскрешение мертвецов считалось одним из самых наглядных проявлений
высшей жреческой магии.
Традиция вуду
Нам
мало что известно о том, как выглядела религия вуду до XVIII века.
Впрочем, по всему похоже, что она не так уж сильно отличалась от более
привычных языческих культов. В нем есть бог-творец Нана Булуку, он же
Вудун, его дочь — Солнце и сын — Луна, многочисленные младшие боги
(среди них «младшие Вудуны» — творцы и защитники отдельных племен).
Большую роль в вуду играют духи предков — как и во многих ветвях
шаманизма, а также в язычестве, например, древнего Рима. Жрецы вуду
напоминали что-то среднее между шаманом и римским авгуром. Ну а Зомби в
классическом вуду — змеиный бог.
Но наш сегодняшний разговор —
не о самой этой вере, а скорее о связанных с нею магических практиках;
они получили особенно широкое развитие в Латинской Америке, куда
активно вывозили жителей западной Африки. Именно этим практикам мы и
обязаны тем, что слово «зомби» отлично знакомо каждому из нас...
Одним
из основных принципов магии многих африканских племен можно назвать
идею пленения чьей-то души для усиления колдовской силы пленившего.
Или, как вариант, добровольного усиления колдуна чьей-то душой.
Человек, чья душа находится в плену, и есть зомби.
Да,
классический вуду-зомби не мертв, как его тезки из большинства игр и
фильмов; ему даже можно вернуть душу. Этот опыт с отниманием и
возвращением души колдуны-бокоры могли при желании продемонстрировать.
Для этого используются специальные волшебные компоненты, хорошо
известные и их европейским коллегам-ведьмам: дурман и аконит. Они
способны и впрямь лишить человека воли — а то и жизни, вопрос лишь в
дозировке...
Зомби похож на классическую нежить хотя бы уже тем,
что не чувствует боли, едва дышит (и может запросто показаться
мертвецом), двигается неестественно и довольно медленно.
Впрочем,
зомби-мертвеца некоторые бокоры тоже в состоянии поднять. По их словам,
это труднее, если душа не была пленена заранее; но продемонстрировать
они готовы и это. На Гаити полагают немного иначе: хороший бокор
способен оживить мертвеца. Но — не полностью. Такого зомби можно о
чем-то расспросить, можно принудить повиноваться, однако полноценным
человеком он все равно не станет.
Как говорят скептики, для
такой демонстрации используется еще один реагент: тетрадотоксин, яд,
содержащийся в рыбах-тетрадонах (в том числе знаменитой фугу). Он
способен ввести человека в состояние каталепсии, подобной смерти, из
которой бокор извлекает его через несколько дней.
Ю-ю
Украденную
душу можно вложить в предмет; чаще всего — в специально подготовленный
фетиш. И эта душа при необходимости явится служить, в виде ли
бестелесного призрака — или извлечет из могилы остатки плоти. Это и
есть ю-ю, или зомби ю-ю (ju-ju zombie).
Ю-ю намного ценнее для
колдуна и опаснее для его врагов, чем зомби обыкновенный. Пребывание
среди мертвых с душой, привязанной к миру живых, делает его сильнее и
разумнее, а кроме того, подчиняет ему сверхъестественные силы. Нередко
ю-ю может, к примеру, командовать животными (из шкуры и костей которых
сделан его фетиш), или распространять порчу, или говорить с другими
мертвецами. А главное, он способен на хитрость, а не просто «в лоб»
исполняет приказ. При этом он остается покорен колдуну.
Уничтожение
ю-ю бессмысленно, пока цел его фетиш — это роднит его с личом и отчасти
с вампиром. Даже если удастся предотвратить возвращение плоти, в
бестелесном обличье он ничуть не менее опасен.
Идея человека без
души — один из самых популярных кошмаров с древних времен (наряду с
чудовищем, меняющим обличье и способным предстать вашим лучшим другом).
То же можно сказать о ходячем мертвеце. И неудивительно, что образ
зомби, в который истово верят многие гаитяне, пуэрториканцы и не только
они, стал знаменит. Его используют как популярное сравнение: какой
политикан или рыцарь желтой прессы не говорит о «зомбировании
населения»? Но нас интересует другое преломление этого образа — то,
которое мы находим в играх. Поэтому поговорим о других родичах зомби —
не родившихся на Антильских островах или в западной Африке.
Зомби других народов
В
европейской традиции зомби чаще всего возникают в результате проклятия;
чернокнижники если и подымают мертвецов, то исключительно с целью
побеседовать, а особо жестокая смерть или гибель в результате
предательства порождают либо призрака, либо ревенанта. Ни тот, ни
другой никому и ничему не подчиняются.
А вот история, которую мы
процитировали в качестве эпиграфа, вполне способна была породить
лишенных воли мертвецов. «Сказание о старом мореходе» Кольриджа
рассказывает о том, как моряк убил альбатроса, выведшего корабль из
бури, — это почти канонические условия для посмертного проклятия.
Измена в некоторых случаях тоже может привести к такой каре; тут проще
всего привести пример не из мифологии, а из Толкина — воинство Мертвых,
призванное Арагорном у Эрехского камня, сродни теме нашего рассказа.
Как правило, проклятые могут освободиться, очистив себя от прижизненной
скверны, — но не собственной волей, которой нет, а с чьей-то помощью.
Кто-то должен позвать их на подмогу, как Арагорн, или, искупая
собственный грех, дать им шанс искупить свой.
Возможно, впрочем,
что мертвецы, которых оживляют для разговора с ними — как, например,
Один вопрошает у мертвой прорицательницы, — тоже по сути своей зомби. У
скандинавов разговоры с ними не в диковинку. Кстати, скандинавы знают и
еще один вид телесной нежити, порожденной проклятием, — драугры, но они
скорее сродни упырям, чем зомби.
Зомби нашего времени
В
современной традиции, однако, зомби — это в первую очередь нежить, а не
лишенные воли живые; и, как правило, «производят» их некроманты.
Создание («анимация») зомби или скелета считается достаточно простой
некромантической практикой (по сравнению, скажем, с сотворением мумии
или лича), и немало злодеев всех сортов и родов пользовались услугами
таких мертвецов.
Что и неудивительно — зомби уж точно не
восстанут, лояльность их выше всякого разумения, испугаться они не в
состоянии, боль им безразлична. А живых врагов своего хозяина они
устрашат — всякий ведь боится ходячего трупа. Разве что ума у них не
хватает даже на адекватную самозащиту, и пованивает от них... но за все
достоинства надо же чем-то платить? Согласитесь, многие мерзавцы были
бы не прочь обладать такими слугами.
Долгое время «зомби
современного типа», чтобы не путать их с афро-карибскими, именовали
«зомби Ромеро» — в честь фильма «Ночь живых мертвецов» и его
продолжений. Правда, зомби из этих фильмов больше похожи на упырей: они
активно охотятся на людей по собственной инициативе и, в общем, никому
особо не подчиняются. Но все равно до сих пор термин «зомби Ромеро»
применяется в английском языке к любому зомби, не имеющему прямого
отношения к вуду.
Встречаются и зомби, которые формально еще
живы: это жертвы различных вирусов, паразитов (можно вспомнить «Чувство
долга» Г. Гаррисона), телепатического контроля со стороны («Зловещий
барьер» Э. Ф. Рассела) или вживления в организм управляющих чипов.
Поскольку в большинстве случаев воздействие это необратимо, можно
вполне отнести таких людей к той же категории.
Зомби должны бы,
по идее, вселять ужас, но к ним за последние годы порядком попривыкли:
фильмов и книг про них вышло уж слишком много. С некоторых пор они
«берут числом». Ярких индивидуальностей среди них нет и быть не может,
и потому им отведена стандартная роль «гнилого пушечного мяса».
Впрочем,
жители реальностей, авторы которых не злоупотребляют толпами нежити,
по-прежнему боятся зомби и правильно делают (вспомним, например,
инферналов у Дж. Роулинг: по сути своей это типичнейшие зомби). Помимо
того, что делать умерших своими слугами просто мерзко, против них не
помогают многие способы привычного боя.
Сражаясь с зомби, не
стоит слишком надеяться на стрелы или колющие клинки: ведь его надо не
просто убить, а повалить, а то и разнести на кусочки. Раны у них не
болят, значит, если его ткнули мечом, он не отшатнется, а спокойно
вцепится вам в горло. И даже копье может не помочь — зомби нипочем
насадить себя на древко и добраться все-таки до хозяина оружия. Тут как
никогда уместно тяжелое рубящее оружие: топор, алебарда, двуручный меч,
секира. Разумеется, изрядная часть магии тоже не поможет — особенно та,
что влияет на отсутствующий разум.
Очевидных слабостей у зомби
две: отсутствие разума и (встречается не всегда, но часто) замедленная
реакция. Нередко от зомби можно просто убежать, и это стоит сделать,
потому что сражаться с ними на самом деле бессмысленно: устранять нужно
того, кто дергает за ниточки. Иначе он все равно добудет себе новых; а
его гибель, как правило, упокоит и зомби. Другое дело — проклятые
зомби; но и с ними воевать ни к чему, нужно узнать, что довело их до
нежизни такой.
Зомби в играх
Зомби
— довольно редкий случай для игрового монстра: они представлены почти
одинаково обильно в боевиках, ролевых играх и стратегиях. И практически
везде играют ту самую роль пушечного мяса сил зла.
В боевиках их
больше всего, конечно, в survival horror; и Silent Hill, и Resident
Evil, и Alone in the Dark, и многие другие предоставят вам шанс
познакомиться с зомби самым что ни на есть тесным образом. Более
агрессивные боевики тоже дают шанс повоевать с ходячими мертвецами —
Doom, к примеру. В S.T.A.L.K.E.R. и Half-Life можно познакомиться с
живыми зомби — в первом случае это жертвы псионического поля, во втором
— головокраба.
В ролевых играх разнообразие зомби меньше: как
правило, это продукция некроманта и ничего более. Мы истребляли их
тысячами в Baldur's Gate и Neverwinter Nights, The Elder Scrolls и
Might & Magic — и везде они были более или менее одинаковыми; а
кое-где встречается ю-ю, который в D&D — «высшая» версия зомби, с
рудиментарным интеллектом. Между прочим, с ю-ю нам, вероятно, доведется
встретиться в дополнении к NWN 2: этот монстр особенно популярен на
«недостижимом Востоке», где происходит действие дополнения.
Особняком
здесь стоит онлайновая игра Urban Dead: там можно поиграть за зомби,
правда, в варианте Ромеро, то есть скорее за упыря. Некоторые считают
примером зомби и нежить-Отрекшихся из World of Warcraft, но это, право
же, слишком большая натяжка: они явно и несомненно обладают свободой
воли, иначе как бы ухитрились отколоться от армии Бича? Но там есть и
вполне натуральные зомби — только не среди игровых персонажей.
Некроманты водили зомби в бой и в стратегиях: Heroes of Might & Magic, Master of Magic, Disciples...
Мы
еще не раз повстречаемся с ними на самых разнообразных полях сражений.
Зомби — существа безотказные: они не требуют от сценариста даже такой
малости, как объяснение им и игроку, зачем они бросаются на персонажа и
почему хотят разорвать его на куски. Они же зомби, этим все сказано!
Случается даже такое, что за явно магически созданными зомби не
обнаруживается никакого хозяина; но они и тогда не протестуют и
соглашаются затыкать любую дыру в сценарии. Неудивительно, что их так
любят авторы игр!
 |
